Экстремистская группировка "Мэд крауд" снова в суде. Ее лидер Руслан Мельник, отбывающий в колонии-поселении свои 3,5 года за разжигание межнациональной розни, его "соратники по борьбе" Петр Перевозчиков, Дмитрий Иванов, Кирилл Милорадов ("Кефир") и Петр Коробейников ("Комар"), сидящие в той же колонии за те же преступления; а также избежавшие уголовного преследования по делу "Мэд крауд" знакомые Мельника Сергей Словесный и Андрей Шерман – предстали сегодня перед федеральным судом Кировского района. Правда, в отличие от предыдущих процессов, этот вряд ли попадет в экстремистскую литературу и на знамена ультрапатриотических сил: идеологическая составляющая сего трехтомного произведения следственных органов для вдохновения молодой нацистской поросли, мягко говоря, не годится.
Похищение и вымогательство у русского брата
Во-первых, не годится потому, что на сей раз парням вменяется уже не избиение китайца или узбека, что могло бы сойти за "борьбу с инородцами". А похищение русского парня Дмитрия Огуреня и русской девушки Юлии Ивановой с целью вымогательства у них денег: у него 70 тысяч рублей, а у нее – 400 долларов. Во-вторых, материалы этого дела содержат косвенное указание на то, что одним из источников финансирования деятельности "белого движения" является не только продажа маек с плохо пропечатанными ликами Фюрера и дисков с низкопробным псевдопатриотическим трэшем. Но и наркоторговля, которая сплошь и рядом ставится ими в вину избиваемым и убиваемым иностранцам. Впрочем, начнем по порядку. Согласно оглашенному сегодня обвинительному заключению, в ноябре 2005-го года Огурень (он жил в одном дворе с Русланом Мельником, некоторое время плотно общался с членами "Шульц-88" а затем "Мэд Крауд" и был известен в этой среде по кличке "Огурец") задолжал ныне покойному Дмитрию Боровикову крупную сумму денег – 70 тысяч рублей. Отдавать он ее не хотел и умело скрывался, чем причинял движению ущерб. Боровиков, будучи одним из идейных лидеров всем уже известного "патриотического" движения, дело в отношении членов которого находится в стенах прокуратуры, эти деньги планировал направить на революционную борьбу (может, даже на приобретение помпового ружья, из которого потом будет убит студент из Сенегала), а потому попросил своих товарищей – Мельника, Перевозчикова, Иванова, Словесного, Шермана, Милорадова и Коробейникова – помочь ему найти должника и убедить его отдать деньги.
Огуреня стали искать в лучших традициях оперативно-розыскной деятельности. В ход пошли "облавы" по дворам, "допросы" знакомых, родителей. И однажды на телефон Боровикова позвонили из ночного клуба "Тоннель" и сообщили, что "Огурец" находится там. В клуб немедленно выехали несколько человек на автомашине. После непродолжительной беседы потерпевший безропотно покинул заведение и сел в салон. И был отвезен на некую квартиру, где подсудимые вместе и по очереди провели с ним разъяснительную беседу путем нанесения ударов по голове и туловищу. Как установило следствие, Боровиков размахивал у горла ножом, Словесный угрожающе подносил к вене шприц с какой-то жидкостью. Наконец, после выстрела из "Осы" в область ягодиц Огурень признал вину перед товарищами. Там же была и другая потерпевшая, которую не били, но которая видела все обстоятельства беседы и тоже осознала "вину перед партией".
После этого парень был препровожден в другую квартиру неподалеку, снятую Петром Перевозчиковым. Там его шарфом привязали к батарее, но периодически отвязывали для телефонных звонков знакомым. Огурень договаривался по телефону о займе, после чего называл Боровикову адрес, и кто-то из ныне подсудимых ехал за деньгами. Таким образом он вернул около 30 тысяч рублей, после чего дал расписку на имя Боровикова об оставшемся долге и был отпущен на свободу для поисков средств.
Парадоксы ультрапатриотизма
А теперь – "во-вторых". Благодаря парню Диме и девушке Юле оперативникам удалось найти повод для "разговора по душам" с осужденными к реальным срокам членами "Мэд Крауд" и выйти на след Руслана Мельника, который уже через полгода последовал за "товарищами" в колонию. И на одном из допросов обвиняемый Петр Перевозчиков объяснил следователю, каким образом клубный мальчик "Огурец" задолжал "нацистскому" лидеру 70 тысяч рублей. Если верить протоколу, он якобы взял у него под реализацию 1 килограмм гашиша, а обещанную часть дохода не вернул. Так ли это – следствие проверить не смогло: потерпевший Огурень, разумеется, подобное обвинение категорически отвергает, самого наркотика нет, Боровиков мертв. Однако все эти обстоятельства не умаляют любопытность детали.
"Твой долг перед расой – отказаться от алкоголя, отказаться от никотина, отказаться от всего, что делает тебя слабее". "Здоровый образ жизни, занятия спортом". "Отказ от любых наркотиков, даже самых слабых (алкоголь, никотин, теин, кофеин)". Это – лозунги, из журналов, изъятых у ныне осужденных по 280-й, 282-й и другим "националистическим" статьям УК РФ. А еще в этих же журналах декларируется "правдивость и честность по отношению к окружающим", а убийство Хуршеды Султоновой в интерпретации идеологов "борьбы" походит на отчет о "пресеченном канале наркотрафика".
И после всего этого выясняется, что эти вот "патриоты" тоже не брезговали продажей "зелья". И тоже знают дорогу в клуб "Тоннель", известный в городе вовсе не гашишем, а веществами "потяжелее". В таком случае в ином аспекте видится прозвище "Кислый", которое гордо носил покойный Боровиков. А вызывающие трепет лозунги об отказе от всего, "что делает слабее", наоборот, теряют убедительность. Можно также задаться вопросом о пути пресловутого килограмма в руки Боровикова: вполне вероятно, что куплен он был далеко не у добрых "друзей русской расы". Что избиения и убийства безобидных африканских и азиатских студентов, преподносившиеся как "борьба с наркоторговцами", были подготовлены и совершены на средства, полученные от той же наркоторговли. И что настоящие перевозчики "зелья" и барыги, независимо от цвета кожи и вероисповедания, имеют, в том числе и от деятельности этих "патриотов", неплохой барыш.
Ничего нового
Впрочем, как и в идеологической составляющей своей деятельности, так и в способах заработка "ультрапатриоты" велосипеда не изобрели. Связь между экстремистскими организациями и наркотрафиком существует так же давно, как и употребление человеком субстанций, которые "делают слабее".
Очевидно, что наркотики выполняют в каждом обществе одни и те же функции. Одни к ним обращаются с целью получения психофизиологического эффекта, для стимуляции боевого пыла воина, для того, чтобы притупить у него чувство опасности; для облегчения боли от ранений после боя, для снятия чрезмерного возбуждения от схватки, особенно, когда она принимает форму рукопашной. Для других – это исключительно источник заработка: либо для себя, либо "на правое дело". Деньги от продажи наркотиков обыкновенно служат источником финансирования для повстанческих группировок, герильяс или террористических организаций. Этим зарабатывали в Латинской Америке (Колумбия, Перу, Мексика), в Азии (Афганистан, Таджикистан, Узбекистан, Индия, Шри-Ланка, Бирма, Филиппины, Азербайджан-Армения, Чечня, Грузия), в Европе (Югославия, Турция, Ирландия, Испания) и в Африке (Алжир, Египет, Судан, Сенегал, Гвинея Биссау, Либерия, Сьерра-Леоне, Демократическая Республика Конго, Чад, Уганда, Руанда, Ангола, Сомали, Каморы). Так что не удивительно, что парни, которым ради "победы над системой" "все средства хороши" – плюнули не только на собственный лозунг "правдивости и честности", но и на "здоровый образ жизни". Двойные стандарты – это тоже не их изобретение.
Павел Горошков, Фонтанка.ру
